Нажмите "Enter", чтобы перейти к содержанию

Тригея. Часть 4. Хорошее время

Наверно, я многого хочу от жизни — хорошей дружной команды на работе, близких друзей… и побольше. Я не хотел, что бы мой дом пустовал. Но вдруг такой долгожданный развод оставил в квартире Пустоту. А вот так пафосно скажу, ага…

Да, я давно искал свободы от семейной жизни, от навязанной роли отца семейства. Ты все время на виду, ни минуты покоя и личного времени — все время на стрёме, все время распят в круговерти проблем. Настоящий мужчина должен то, сё… Вот всегда фраза «настоящий мужчина» сопровождается словом «должен»…

А когда пришла свобода — я сжался в комок от ужаса. А что дальше? Не умею жить один, никогда не жил. Семейным человеком стал в 21 год. Не считать же свободной жизнью полтора года в общаге музучилища с ночными просмотрами видео на дряхлом «Рубине» и бесконечными пьянками? Тогда я был малолетний идиот и вел себя соответственно.

Сейчас испугался. Четыре стены стали давить на меня. Боялся одиночества, боялся тишины. Мне не хотелось забираться в пустую холодную постель. Кажется, тогда у меня появилась странная привычка спать в обнимку со второй подушкой.

Видимо, потому я и поселился на новой работе — приходил первым, уходил последним. Редакционный шум вокруг, бесконечный поток фоток с обнаженными мужиками… Не украдкой порнуху из сети, а официально, на рабочем месте. Вокруг же ходят табунами геи. Мне это всё дико нравилось!

 

Редакция журнала

Да — я принял предложение хозяина ГейРу. Через пару недель попрощался со своим институтом и занял ма-а-аленький столик в уголке редакции. Думал, что потеря руководящей должности меня расстроит, но тут, скорее, свалился с плеч какой-то камень. Опять был сам по себе и отвечал только за свою работу. Да еще у геев, аха!

Мой мир дышал вокруг, кричал в телефоны, подсовывал новые тексты статей для журнала — дергал, хлопал по плечу, заглядывал в монитор. Растворял меня.

В первую неделю, неким вечером, Эд Мишин пригласил меня в суши-бар. Не улыбайтесь, не одного — нас пошла целая компашка из редакции.

Впервые меня занесло в подобное заведение — нервничал, как ребенок. Но обошлось — отслеживал внимательно, что делают спутники, и обезьянничал.

Поначалу недоумевал — чего это меня Эд вытащил? Вроде у него есть бойфренд — некий грустный мужчина с интеллигентной внешностью и бородкой клинышком. Вот, сидит напротив меня и поглощает роллы, аккуратно макая их в соус.

Потом дошло — меня тупо проверяли. Классика — посмотреть, как новый работник ест. Чуть не захихикал в свою тарелку. Ну, ребята, что за детский сад? О таких проверках написано разве что не на столбах вокруг. Плевать. Не торопясь слопал угощение, поддерживая тихую беседу малознакомых людей.

*  *  *

Редкие деревья Москвы окутались первой зеленой дымкой — пришла весна. Дышать стало легче, жить стало интереснее.

Мой рабочий день вошел в любопытное расписание.

В десятом часу утра приезжаю на метро «Пушкинская», до 10 что-то быстро лопаю в «Макдоналдс» у метро. Топаю в редакцию.

В почте уже пара десятков писем от Эда и арт-директора журнала, Севы Галкина, с новыми материалами для верстки. Читаю почту, размешивая кофе в большой кружке.

Чуть позже появляется мама Эда Мишина и готовит на всю редакцию обед. Эту тихую улыбчивую женщину я встречал с радостью — она была истинно мамой всем голубым ребятам редакции. Опекала каждого, знала кто чем дышит и что любит есть.

— Тиль, — окликает меня женщина с кухни. — Сегодня твоя любимая тушеная картошка с грибами. Ты рад?

— Да-да! — Воплю со своего места, — спасибо!

Позже появляется девушка-редактор сайта ГейРу. Высокая крепкая Лена моих лет.

— Тильчик, ты уже тут, пчелка наша? — приветствует меня Леночка, скидывая куртку, — Пошли быстренько покурим, пока Эдик не прискакал и не утопил нас в ворчании, зануда.

Да, Эду реально не нравились курящие сотрудники. Особенно, когда мы толпушкой шли на улицу и терялись там минут на двадцать.

В дверях сталкиваюсь с высоким черноволосым Костей. Муж нашей редакторши. Ага, меня это тоже поначалу удивляло. Жена занимается сайтом, пишет статьи, собирает авторов, новости. А главным бухгалтером ГейРу — ее муж. Эта семья работала у Эда уже туеву хучу лет.

Получилось так, что они и стали в редакции самыми близкими мне людьми — довольно много часов мы проболтали с Леной. Она же уговорила меня написать для портала десяток статей. Писал их под разными именами и даже получал какой-то условный гонорарчик…

…Рабочий день набирает обороты — в квартире появляется встрепанный со сна и немного неадекватный Эд. Начинает нарезать круги по комнатам, командуя, решая проблемы. Появляются первые посетители, облепляют хозяина конторы.

Меня частенько отрывают от работы — то срочно что-то мелкое сверстать, распечатать, то переслать по электронке картинки, или потаскать пачки с новым журналом в редакцию.

Людей в квартире все больше. Давка, как в метро.

Ближе к вечеру влетает Сева Галкин — арт-директор журнала. Невысокий крепенький парень, дорого одетый. Вечно орет что-то в мобилку — та словно приклеена к его уху. Так, зажимая плечом аппаратик, со всеми бурно здоровается, иногда хабаля. Хохочет, тыкает мне пальцем в монитор, бурно оценивая новые оформленные статьи:

— Тиль, это дрянь! Фу! Ну, прекрати! Ты можешь лучше! Убивай все нахер! Переделываем!

Первое время я честно убивал свежий дизайн очередного разворота журнала, что так не впечатлил Галкина. Пока Эд не постучал пальцем по виску:

— Дурью не майся, поменяй пару кусков местами — Севочка не заметит.

И правда, чуток менял дизайн и слышал тут же восторженное за спиной:

— Ну, вот Тиль! Ты — гений! Вот! Лана, работай — я убежал. Фотосессия ждет…

Как фотограф, Сева Галкин меня впечатлял — парень создает фотографии яростно, истерично, но всегда интересно. Его работы смотришь с удовольствием. Да — часто там обнаженка с мускулистыми парнями, что чуток не моё. Но, у Севы это получается как-то художественно-благородно.

Посетители разные — редко забредали солидные рекламодатели всяких брэндов, чаще прибегали какие-то проститутки или их сутенеры. Эти ребята как раз и заполняли последние страницы журнала своими рекламками и объявками.

Подкрашенные жеманные мальчики тихо шептались с Эдом, а потом брели к бухгалтеру и расплачивались за очередной месяц рекламы. Насмотрелся я этих чудиков много — зоопарк какой-то. Словно попал в фильм Альмодовара — фрик на фрике — все в редакции ошивались.

Хотя в самом коллективе явных пидовок не было — Эд как-то подобрал коллектив из здоровых плотных парняг. Чаще бородатых, пузатых. Эдаких «медведей». Не поголовно, нет. Мелькали иногда вьюноши, но редко.

Знаете, забавная картинка, когда крупный бородатый мужик заламывает руки и картинно стонет:

— Ох, я так устала! Но все-все сделала! Я молодец, правда?

— Так, девачки! В офисе не хабалить! — тут же весело прикрикивает Мишин. — У нас тут клиенты серьезные ходят.

В это время в дверь заглядывает нечто накрашенное с длинной черной челкой и красными бровями.

— А тут можно объявление дать?

Все поворачивают голову к двери. Секундная пауза. И комната грохает смехом. «Серьезный клиент» испуганно хлопает длинными ресницами… Иногда у нас было довольно весело…

Простой рабочий день завершался тихо — около семи-восьми вечера все разбредались по домам. Я часто задерживался — то ли добивал последние тексты, то ли перебирал фотки для CD.

Эд попросил однажды разобрать тонну инет-фоток с юнцами лет 18-ти. Сборная солянка из голых парней. Моя задача была оставить самые крупные и качественные картинки, вычистить дубликаты, записать CD, сделать ему обложку на цветном принтере — потом этот диск с годик продавали в интернет-магазине. Solar Boys, что ли, я назвал сидюк — не помню уже…  Такая работа в радость. %)

В последние дни сдачи номера все менялось. Чаще — на выходных.

Я тупо несколько часов чистил и добивал последние страницы журнала. Вокруг носился нервный Эд Мишин, чуть не носом залезая мне в экран. Рядом на взводе крутились его друзья на невнятных должностях в компании. Вычитывали тексты, лезли ко мне с правками. На такое у меня уже многолетний иммунитет, потому просто тихо работал.

Сева залетал в редакцию ближе к двенадцати ночи — на него с криками все набрасывались, типа обложка не готова! Где фотографии модели?! Ты нас убиваешь!!!

Сева психовал — швырял мне на стол диск с фотосессией, а свой мобильник грохал об стену. Каждый номер журнала, что выпустили при мне, сопровождался разбитым дорогущим мобильником. Иногда Сева терпеливо ждал, пока я завершу работы над файлами, а иногда тихо пытался слинять домой. Бывало, у него получалось, но чаще я подпрыгивал от вопля Эда Мишина:

— Вот стерва, опять сбежала! Догоняйте его!

Несколько парней срывались с места и исчезали в темноте подъезда. Минут через десять чуть ли не силком затаскивал в редакцию Севу. Тот жутко матерился и прям слезно просил отпустить его домой — уже поздно, он устал, завтра фотосессия с миланской моделью…

После полуночи все, наконец, сваливали и я оставался в редакции в одиночестве — моя финальная обязанность была — подготовить все к печати. Сидел и тупо тестировал постранично весь номер, проверял на технические огрехи и прочее занудство пре-пресса (пробная печать).

Признаюсь, меня такое одиночество обижало — как будто мне одному это надо?

Часам к 6 утра появлялся испуганный мальчик-курьер из типографии. Что ты! Ужас какой — его отправили к гомикам съездить! Мальчик зажатый, нервно с лапки на лапку переступает, пока я сонно записываю последний диск. Глазками так и зыркает по сторонам, так и зыркает.

В редакции есть на что посмотреть — огромные плакаты с обнаженными культуристами на стенах, с некоторых полок реально свешиваются силиконовые херы. Это Сева для онлайн-магазина фоткал десяток фаллосов. Так и валялись они несколько месяцев по всему офису, пока наши дамы не возмутились… Везде картинки с обнимающимися геями, флаг радужный под потолком болтается, статуэтки античные в каждой щели.  Прикольно для свежего взгляда.

В итоге, курьер опрометью исчезает из гнезда разврата, утаскивая в рюкзачке диск с журналом. На второй или третий раз, паренек уже улыбался мне, здороваясь. Привык, однако!

Все — отпахал свое — усталый бреду к метро по просыпающейся Москве.

Страницы: 1 2

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

два × один =