Нажмите "Enter", чтобы перейти к содержанию

Тригея. Часть 5. Посыпалось

Но 2004 год еще не закончился. Еще на дворе июль и я кручусь в круговерти парней, каких-то встреч, созвонок. Друзья тоже постоянно рядом. Все это наполняло жизнь и плескало через край.

Странный осадок после моих «загулов по мальчикам» неожиданно стал накапливаться. Словно, грязный какой-то стал. Тихонько внутри разрасталась прежняя, уже забытая тоска. Не было рядом именно моего Друга, моего человека. Ворка вроде есть, но его все время надо делить с кем-то, то с Анжело, то с Мэйкой… «В очередь, суки!», как говорится.

Может, я какой-то слишком придирчивый к новым знакомым? Требования завышенные? Почему меня все время что-то не устраивает? Что-то отталкивает?

Вот, что Ворыч иногда творит? Пропадает часто, исчезает с радаров. Может вырубить телефон на пару суток, а потому удивленно: «Я спал!». На встречи опаздывает минимум минут на сорок. Прощаю же? Лехко…

Это вообще у него правило — всегда опаздывает. Как-то я наблюдал, как Ворка собирается на выход. Я уже одетый, застегнутый, нетерпеливо стучащий коленом по сумке на длинном ремне.

Он то метнется в ванну что-то там прилизать на голове. То футболка не та, то пятно на джинсах. А на кухне чашка не мытая. «Где мой дезодорант? Тилич, не стучи сумкой — раздражаешь!»

Никогда и никуда он не успевал. Факт. Если когда-то… случайно… Праздник просто! Девки чепчики кидают! И эта его манера серьезно раздражало поначалу.

Однажды ждал его после работы в метро. Договорились, что пойдем в кино на вечерний сеанс. Я с книгой в обнимку — знаю, что эту сволочь ждать долго. На мобилу не отвечает — завершает какие-то дела на работе. Из-за своей «собранности» мог торчать на работе до 12 ночи. Но сегодня клятвенно меня заверил, что уйдет пораньше. Ну, не позже часа после окончания рабочего дня.

Стою жду…. В конце первого часа ожидания все же снова набираю его номер.

— Тильчик, я уже выскакиваю. Ща буду… Двадцать минут и на месте…

Ну, ок… Читаю… Ноги гудят — станция без скамеек. Менты, шляющиеся по перрону, уже с любопытством поглядывают в мою сторону.

В конце второго часа снова набираю. Не отвечает. Но капает смс: «Уже в метро. Буду через 15 мин».

Выхожу к поездам поближе и начинаю сканировать выходящих людей. Развлекаюсь так минут 30. Нет парня! Да твою маковку! Снова выдираю из кобуры мобилку…

— Упс, — тут же виновато отзывается Ворчик, — я забыл, что ты меня ждешь! Ну прости! Я уже к дому подъезжаю. Давай завтра встретимся?

Матерился я потом долго. И все равно же простил и забыл. Хм… Ну, не совсем забыл — сейчас вспомнил. %) То есть я совершенно спокойно прощаю любимому другу довольно многое. Как, надеюсь, и мне прощают мои дурные привычки.

Почему тогда такие нескладушки с другими? Что меня все время отталкивает от новых людей? Что я в них ищу? Второго Ворку, но с более мягкой версией, что ли?

*  *  *

Жизнь бежала своим чередом — на улице теплынь. В эти годы еще не было в Москве смога и температур под сорок. Дышалось и ходилось отлично! Чем и занимался.

Мэйка как по часам появлялся в Москве — выходные проводили все вместе. Весело и беззаботно. Много смеялись, много гуляли. Потом дружно провожали Мэйку в Тулу, усталого и счастливого.

В один из вечеров Сашка с Воркой переглянулись и сообщили, что, если я очень хочу, то могу посмотреть со стороны на их БДСМ-экшен.

После Гейру, проблем ребят из группы и прочего-прочего, увлечение моих друзей я уже воспринимал как некую забавную штуку. Не более того.

А посмотреть? Да только в радость! Где, когда?

 

Постижение

Собрались на выходных у Анжело дома. В этот раз с нами не было Мэйки и хар-рашо. Трепались, курили, смеялись. Пока Анжело не скомандовал к началу. Мы переместились в большую комнату. Чего-то я напрягся…

— Тилич, сидишь в углу тихо, как мышь, — наставляет меня Сашка, — Если что-то пугает или не нравится, то просто встань и выйди на кухню, постарайся нас не отвлекать криками или возмущением каким. Не обламывай экшен. Помни — это все добровольно и все доставляет нам удовольствие.

Я только покивал, уже пугаясь.

Первым делом Сашка вытащил откуда-то из-под кровати старый потрепанный дипломат на кодовом замке.

Друг стал собран, деловит, словно готовится к тяжелой работе. Сосредоточенно переоделся во все черное. Натянул старые велосипедные перчатки с обрезанными пальцами. Я же занял место подальше у балкона, нервно покашливая.

Сначала на свет из чемоданчика появились пучки кожаных плеток. Сашка отложил их в сторону. Далее засверкала змейкой тонкая никелированная цепь, с развешенными на ней там и сям желтыми замочками.

Эту гирлянду Анжело отложил на стол и вновь нырнул в дипломат.

Следующим предметом оказался веер из… простых бельевых прищепок на картонке. Простые такие, по-идиотски цветные, пластиковые. Я захлопал ресницами.

Сашка шустро освободил стол от всего лишнего. Осталась только цепь и прищепки. От дивана шагнул к нему Ворка. Я и не заметил, когда тот скинул с себя всю одежду и нацепил этот странный ошейник с заклепками.

Анжело мягко уложил Ворчика спиной на стол. Мне стало плохо видно со своей банкетки — что там происходит. Привстал, вытянул шею.

Слегка помассировав грудь «редактора», бока и возбужденно торчащий член, Сашка стал медленно и аккуратно пришпиливать к груди парня дурацкие цветные прищепки. Ворка изогнулся на столе. «Верхний» придержал его левой рукой, не давая сильно дергаться.

Через несколько минут от сосков и до пояса по боками «нижнего» шли две дорожки прищепок. Тот резко дышал сквозь зубы. Последняя пара прищепок повисли на мошонке.

Все это проходило в полной тишине, лишь нарушаемой всхлипами Ворыча. Меня просто трясло от жалости к «редактору». Прищепки? На яйца? Еб-б… Хотелось отвернуться и сбежать куда-то. Но я смотрел не отрываясь.

Сашка тихо шаманил, склоняясь в трясущемуся сабу, мягко цеплял цветные пластмасски кончиками пальцев. Как на струнах играл, заставляя партнера извиваться на столе.

Сколько это происходило не знаю — весь мой мир как-то сузился до небольшого экранчика, а вокруг клочья тумана. Все происходящее было реально жутким действом. И не где-то там в видике, а вот тут, прямо перед моим носом, в паре метров… На стареньком советском круглом столе.

Не помню когда прищепки сняли, но вот уже Ворка стоит у двери и Сашка аккуратно навешивает на него блестящую цепь. Обматывает тело, по какой-то сложной схеме, щелкая замками. Словно упаковывает.

Сабмиссивчик тихо хихикает: видно, цепочка холодная. Тут его руки вздернули вверх. Оказывается над косяком двери в стене вбиты два небольших крюка. Руки «нижнего» пристегнуты к крюкам парой браслетов. Но Ворка не висит — просто рост не позволяет и небольшая высота крюков. Цепочка явно болтается на боках «нижнего». Нет натяга, что ли. Саб начинает снова хихикать, поглядывая в мою сторону. Потряхивает тощими бедрами, звеня цепью. Анжело реально злится.

Не знаю, правда ли злится, или это у них роли такие. Ворка пару раз получает шлепок по заднице, типа «угомонись!». «Нижний» послушно замолкает, но нет-нет да и сверкнет в мою сторону веселыми глазами.

Вот это вот хихиканье и взгляды понемногу меня вернули в реальность, прогнали оцепенение. Я просто смотрел как Ворка дурачится, а Анжело на него порыкивает, иногда раздраженно шлепая по жопе ладонью.

Саб крутился пристегнутый к крюкам, что-то шептал на ухо «Верхнему». Сашка спокойно стал мастурбировать каменный член младшего. Через пару минут тяжело дышащий «нижний» кончил в ладонь «Дому». Тот подсунул испачканную ладонь сабу под нос, типа, слизывай. Но Ворчик снова что-то нервно зашептал на ухо Сашке, смущенно кивая в мою сторону. Застеснялся, что ли?

Анжело тяжело вздохнул и вытер руку бумажной салфеткой. Поморщился, пожевал губами и стал снимать цепь с Ворки. Еще пара минут и Анжело повернулся ко мне:

— Усе… Можешь расслабиться! Закончили…

*  *  *

Ворчик удовлетворенный валяется на двуспальном диване, с любопытством зыркая в мою сторону. Анжело медленно убирает всякие штуки обратно в дипломат. Тут «редактора» подняло с дивана и он потопал ко мне, поблескивая под лучами полуденного солнца влажными бедрами.

— Я могу пройти? — спросил Ворка, ехидно скалясь.

Куда это он? А! Он на балконе футболку вывесил для проветривания. А мои ноги перегораживали проход. Следующая мысль была: «Че это я должен выполнять просьбы всяких нижних мазохистов?» Сидел я, вытянув ноги, и сидел. Даже не шелохнулся, спокойно рассматривая красные следы от прищепок, что украшали грудь и бока сабчика. Ворыч усмехнулся, дернул бровью и перешагнул мои ноги. Ушел на балкон.

— Можно посмотреть? — что-то слишком резко вскочил я и подошел к Сашке, — Ну, цепочку…

— Аха, — отозвался хмурый Сашка и протянул мне груду железа, — Можешь даже примерить.

— Давай-давай, — поддержал идею смеющийся Ворка с балкона, — Только футболку нафик…

Я тоже разулыбался.

— Тока это, ребят… Это не экшен, — уточнил я быстро.

Оба весело фыркнули. Сашка пояснил:

— Тилич, ты — ваниль. То исть, вне Большой темы. Никто в этом не сомневается, Сонце!

И они, дурачясь, в четыре руки стали заматывать меня в цепочку. Она реально холоднющая! Ай!

Быстро намотали на меня железо, защелкнули замки и оба заржали. Я повернулся к зеркалу в коридоре… Фу, блядь…

Выглядел я, как вареная сосиска, обмотанная веревочками. Между натянутыми полосами цепи свисают реально белые жировые складки. Это все выглядело мерзко. Не так, как на воркиной фигурке пловца. Далеко не так — я был какой-то жалкой карикатурой…

Судорожно стал срывать с себя цепочку. Ребята пытались отговорить, но такой гадости я больше видеть не хотел… Знаю, что не ахти мое тело, но так явно и прям в лобешник…

Дальше пошла простая тусовка на квартире у друга, с хохотом, сигаретными посиделками на кухне.  Чай-кофе… Об экшене почти не говорили. Так… Ребята поинтересовались моим впечатлением. Честно, но сжато высказался, что напуган, но ожидал большего, почему-то. Проехали… Я еще сам не понял, КАК к этому относится.

Ворка шлялся по квартире голышом, одетый только в ошейник. Симпатично так выглядит. Но вот алеющие следы от прищепок меня долго нервировали.

Страницы: 1 2

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

тринадцать − 5 =