Нажмите "Enter", чтобы перейти к содержанию

Тригея. Часть 9. Весело, чо?

Начинаю эту главу с какой-то опаской. Реально последние части стали более повествовательными и спокойными. Все чаще от своих друзей слышу по аське или ВКонтакте, что «все стало ровно, умиротворенно, без шока и нервов, а жаль…»

Да — не шокирую, не нервирую. Тихо и мирно пишу о каких-то эпизодах из жизни. Так и есть…

Думается мне, что «жисть» человеческая не может постоянно состоять из воплей и истерик. Все-таки я воспоминаю, а не кропаю боевичок. Да, мог бы накрутить, позабавить… Драки, кровища, милиция… Хм… На эту тему чуть ниже напишу. 🙂

Порнушки можно добавить, гей-парадов… Но если бы такое со мной происходило ежедневно, то я сдох бы!

Вы можете спросить: «Ну и нахрена ты вообще сел за повесть?» Признаюсь, тут решаю несколько задач.

Мне нравится писать. Несколько лет продумываю большой фантастический роман. Но когда сел за первую главу, то почувствовал, что сказывается перерыв в работе как литератора — потерял кучу неуловимых навыков. Потому эта повесть у меня как гамма для музыканта — тренировка пальцевой техники.

Так же мне нравится, что все мои друзья зашевелились и теперь чаще обсуждают повесть, нежели какую-то текучку.

Но последнее время ощущаю от них затаенную обиду. Я пишу не совсем то, что они хотели. Немного не так, как ожидали. У меня все чаще и чаще мелькает в голове афоризм: «Хочешь потерять друзей — напиши о них». Вот и приступаю к новой части несколько нервно-обеспокоенно… И, признаюсь, устало…

Я совсем ничего не пишу о происходящем в Москве. А нулевые в столице были довольно насыщенным временем — взрывы, Норд-Ост, драки фанатов и кавказцев, удушающая жара со смогом…

Но город настолько огромный, что все эти кошмары я видел, в основном, так же, как и вы — по телику или читал в интернете. Это было так далеко, где-то там… Ну, кроме смога…

Да — после очередного жуткого теракта мне мобильник обрывала родня с Урала, выясняя где я, жив ли.  Моментально шла перекличка между столичными друзьями, приятелями, коллегами: «Ты где? Не попал? Фу-ух, слава богу!»

Если первое время теракты пугали, то позже как-то стали привычными. Я уже с некой бравадой рассказывал родным: «Здесь куча магазинов, Макдоналдсов и дорогущая аренда квартир. Ах, да… Нас тут еще время от времени взрывают».

Среди местных бродили анекдоты, типа:

— Марин, чего ты новую ночнушку купила? У тебя же две старых есть!

— А взорвут дом, что я, как дура в старой по развалинам ползать буду?

Так и жили. Прятались от кошмаров за черным юмором… Старались отвлечься на работу, на текучку…

Однажды я чуть не попал в серьезный переплет, когда на станции метро грохнула небольшая бомба под скамейкой на перроне. Грохнула во время остановки состава. Масса народа выходит и заходит в вагон… Представляете, да?

Я же умудрился проехать мимо этой закладки за 10 минут до взрыва.

Когда выбирался наверх по эскалатору, то мобила чуть не лопнула от звонков и смс. «Наверху» уже все всё знали. Как и помнили, что именно сейчас я еду где-то по этой ветке.

*  *  *

Пару раз приятели-коллеги вытягивали на какой-нибудь рок-фестиваль. Например, «Крылья». Жарко, вокруг море пьяного гоп-молодняка, сцену почти не видно, а музыку совсем не слышно. Меня хватило на три-четыре часа, а потом решил сбежать домой.

Но спокойно уйти не удалось. Только прорвался к выходу с огороженной территории фестиваля, как оказался в центре массовой драки: разгоряченные пивом парни азартно избивали друг друга, размахивая палками и бутылками. Хер их разберет — кто это и из-за чего потасовка… Все потные, грязные, по пояс голые — в одних трениках.

В ужасе хлопаюсь на землю, скрючиваюсь на коленях и закрываю голову руками. Ловлю пару пинков по ребрам и ухо зацепляют кроссовком. Вроде обошлось без крови. Главное, что бы не грохнули… да очки не разбили… Повезло, млять.

Надо мной чуток просветлело, и я быстро-быстро каракатицей стал отползать в сторону. Вскакиваю на ноги и начинаю судорожно отряхивать одежду от пыли. Руки дрожат — перепугался сильно.

Разворачиваюсь, что бы свалить в сторону от драки… Блядь!

На меня несется целая группа омоновцев в защитке — шлемы, дубинки, все дела. А я прям между ними и дерущимся молодняком. Собственно, первый их и встречаю. Привет, ребята, мля!

Думал, что сильнее уже перепугаться не могу. Ага, если бы! Приседаю на корточки и сдавлено ору, закрыв голову руками:

— Я — свой! Я — сво-о-ой! Пизде-ец!

Хер знает, какой я «свой», но тогда это первое, что пришло в голову…

Омоновцы меня аккуратно огибают, тяжело топая ботами, и врубаются в месиво за спиной.

Я же еще миллион лет сижу тихо, дрожа всем телом. Потом заставил себя с кряхтением встать…

Смотреть, как разогнали драку, не стал. Потопал к метро, хромая. Провались они в задницу, фестивали эти!

Просто так не пройти — менты и военные выстроились эдаким коридорчиком. Так и гнали пьяный поток молодежи ко входу в метрополитен.

Старался в самую гущу не лезть. Шел с краешка, поближе к ментам. В оцеплении стояли не только взрослые — много откровенной пацанвы в форме. Срочники, что ли? Их расставили цепочкой в метре друг от друга. Мальчишки в потрепанных хэбэшках сами дико боятся идущей мимо многоногой человеческой массы. Вопли вокруг, в толпе орут песни, размахивают флагами, на асфальт грохаются бутылки.

Солдатики бледные, с круглыми глазами следят за людьми и иногда нервно косятся на взрослых сержантов, что бродят за их спинами.

С трудом спустился в метро, продравшись через турникеты. Понятно, что такую массу народа поезда быстро не развезут. Молодняк стоял плотно, монолитно. Жутковато было! То там, то здесь на перроне вспыхивали стихийные драки. Мат, визг каких-то баб.

Через полчаса забрался, наконец, в очередной поезд, замученный этим «развлекаловом». Но и тут тихо уехать не получилось — толпа держала двери, давила телами, стараясь попасть внутрь.

На перроне кто-то радостно завопил, и масса снаружи ринулась раскачивать поезд. Они реально качали наш состав несколько минут, а я, зажатый толпой, только молился, чтобы побыстрее добраться домой…

Так и жили… Весело, чо!

 

Снова студия

Следующие два года «пробегу» по верхам. Не потому, что там не было ничего интересного. Было! Просто следующие пару лет — 2007 и 2008 — у нас были заняты, в основном, бизнесом. Шло погружение в процесс. Крутились втроем на субсветовой.

«Редактор» со скандалом вырвался, наконец, из свой конторы программистов. Так просто разработчику уйти нельзя — на нем висит несколько проектов, их нужно сначала долго и нудно передавать преемнику. На это «вырывание» у него ушло 4 месяца.

Анжело корпел над финансовыми документами, работал с бухгалтером, что вела нашу фирму. Все время ездил в банк, в налоговую… Кому-то звонил, писал, консультировался. Он по праву стал финансовым директором нового ООО.

Ворчик, как технический директор, днями и ночами просиживал за кодом, документацией на сайты, составлением смет, коммерческих предложений…

Я же рисовал и рисовал дизайн, тоннами. Общался с фрилансерами-помощниками. На пару с Воркой мотались по встречам с различными конторами.

Мы облизывали и обихаживали каждого вшивого заказчика. Не смели ни на йоту отступить от договоренностей, нарушить сроки. Клиент должен быть счастлив! Это давало свои плоды, и нашу компанию стали рекомендовать друг другу.

К 2008-му сняли маленький пыльный офис на территории полудохлого института. Пробираться к нашей комнатке приходилось через сотню всяких канареечных заплеванных лестниц. Благо, хоть под трубами лезть не нужно. Но и этому рады — свой офис, свой уголок. Прям как у взрослых!

Денег лишних не было — мало-мальские доходы тратили на офис, аппаратуру, скоростной интернет, налоги. Все было по минимуму, так как никаких инвестиций, кроме личного кармана, у нас не было. В кабалу с кредитами лезть не желали под страхом расстрела.

Мне пришлось съехать с большой арендованной квартиры — не хватало денег. Если в месяц мог положить штук 15 в карман — был счастлив. Вот такой получался голозадый генеральный директор дизайн-студии. Но не унывал! Мы знали, что в первые годы будет тяжко! Зато вместе! Делаем интересное дело! Йух-ху!!

Крупные заказы появлялись, но радовало это лишь первое время, так как массивная работа занимает несколько месяцев, а все это время что-то надо жрать.

С мелкими клиентами была другая морока — такое количество неадекватных и неграмотных людей просто удручало. Сначала им проводишь ликбез, потом… Провались они!

Неожиданно хорошо получился крупный проект для московского казино. Тут же к нам постучался один старейший московский провайдер за редизайном портала… Откуда нас вообще нашли, до сих пор не знаю.

Пахали, как могли, как получалось. Бывали и ссоры, крики, обиды, но… Но несмотря на расхожее мнение, что друзьям совместный бизнес вести нельзя, у нас из-за денег никаких конфликтов никогда не было. Да и денег тех… Кошкины слезы. Нервничали все чаще по организации работы. Пока выстроишь этот алгоритм сотрудничества с фирмами, мозг взрывается…

Здесь и вылезло несколько личностных проблем у каждого соучредителя.

Я все-таки холерик и потому очень быстро начинал верещать и психовать совершенно без причины. Бегал по стенкам безумным тараканом и дергал друзей с криками: «Все пропало! Все пропало! А-а-а!». Эта моя истеричность безумно злила ребят.

Ворчик оказался в работе медлителен и спокоен как удав. Никуда не торопится, ничего его не волнует. Сроки? Да похрен! Аванс у нас есть… Тут же из меня снова выскакивал адский таракан, и я начинал с визгом носиться по стенкам…

У Саши неожиданно нарисовалась роль вечного укора и кнута. Он постоянно талдычил: нет денег, нет денег. Ищите заказы! Ищите, сволочи, заказы!!! Этими упреками он задалбывал насмерть! Не обращал на наши стоны внимания, зудел и понукал. А вот в работе с бумагами ему не было равных.

Время бежало. Как-то неожиданно наша фирма попала в Топ-100 студий России. Мы радостно задрали ценник и сайты меньше 100 тысяч делать отказывались. Пальцы веером, короче.

Клиент пошел солидный и профессиональный. Это не те шмакодявки с двадцатью тысячами бюджета. В этом ценовом диапазоне было тише, спокойнее и… дольше.

Вот эти безумно длинные сроки разработки и стала больным местом студии. Серьезный проект разрабатывается где-то полгода-год. Чаще всего из-за тормозов со стороны заказчика. Пока они очередной этап утвердят, акты подпишут — сдохнуть можно.

За время разработки пару раз меняется менеджер со стороны клиента. Каждый новичок с жаром пытается внести правки в уже утвержденный сайт, долбит руководство своими идеями… Опять зависы…

В итоге мы все так же сидели без денег, подметая крошки со стола, ждали очередной выплаты. Это напрягало неимоверно. Проекты наслаивались, рук не хватало. В офисе только мы с Воркой.

Раз в неделю заскакивал Анжело. Финдир отчитывался по баблу в банке, шипел на нас, что нет новых заказов… Мы с Воркой лишь закатывали глаза.

*  *  *

Вообще-то, сама ситуация у нас забавная — фирма организована тремя геями. Финдиректор — топ-садист, техдиректор — нижний-мазохист. Парень, который сдавал нам офис, то же из BDSM-тусовки. Один я — просто пидарас! Аж обидно…

Но студия у нас получилась оригинальная, не находите? %)

 

Отдушина

Замороченный бесконечными проблемами студии, стал нервно искать какую-то отдушину. Хотелось видеть живых людей, а не кислую морду усталого Ворки или профессионально улыбчивые рожи клиентов.

Да — пересекался с Лисом и Львенком. Но это было так редко, эпизодически, что отдохнуть не получалось. Слушал веселую трескотню парней, а в голове огромным жерновом перемалывались студийные проблемы. Да и дергать ребят стыдно — они всё-таки пара, у них свои планы, поездки…

С Воркой отношения сложились ровные. Где-то раз в два-три месяца он оставался у меня ночевать. Это не вызывало былых восторгов. Он просто засыпал, уткнувшись мне в плечо, безо всяких сексуальных игрищ. Как два усталых человека, что много лет вместе. А больше ничего не надо — обнялись и заснули. Иногда он так же проводил выходные у Анжело.

Если надо было разгрузить голову, мы с Воркой брели в кино. В те годы пересмотрели все московские премьеры — облазили все эти IMAX, 3D, долбаный сарраунд…

Время от времени к нам присоединялся и Сашка. Но ему было тяжело — он привык рано ложиться спать и все планировать наперед.

— Никуда я с вами не пойду! Вы не могли предупредить дней за пять, что в кино собрались? У меня, вообще-то, есть и свои планы.

— Ну, Са-а-аш! — пытался уговорить его «редактор». — За пять дней мы уже шесть раз в кино сходим. Ну не вредничай!

Хрен там! Не на того напали… Но иногда получалось его вытянуть.

К своим 36 годам неожиданно успел привыкнуть к тишине и одиночеству. Умудрился почувствовать вкус своей личной территории. Ворка, сонно валяющийся на моем диване, на второй день начинал раздражать. Хотелось чмокнуть парня в нос и выпроводить домой, чтобы спокойно заняться делами. Полопать вкусняшки, пощелкать семечки, кино там, порнушка…

*  *  *

Но какая-то иная компания была нужна. Очень!

От литературной тусовки подустал. Метнулся на дизайнерские форумы. Ой, словно опять на работу вернулся — деньги, клиенты-дебилы, эскизы, проекты… Фу, блин!!

Так. Что делать?

Если помните, долгое время был связан с Группой взаимопомощи для геев и бисексуалов.

Несколько лет уже, как группы не существовало. Ее лишили помещения, и мы с ребятами полтора года встречались раз в неделю в «Маке» или «Ростиксе». Это была компашка симпатичных людей, что съезжались просто так — потрепаться «за жисть» и увидеть друг друга. Постепенно и эти встречи прекратились.

Потом Группе взаимопомощи нашли помещение. Меня вызвонил Эд Мишин и попросил собрать ребят. На первую встречу пришли совершенно незнакомые пацанята. Я с парой «старичков» ввел новое поколение в курс дела, походил пару месяцев и… заскучал.

На группе обсуждались до безумия приевшиеся темы — каминаут дома и на работе, он меня бросил, где найти своего прынца… Млять! Все это много лет назад мы уже обсосали по сто раз. Скучно!

Да, пришло новое поколение — и я тихо исчез. Они и сейчас собираются. Есть группы в социальных сетях. Полазить, что ли? Поучить молодежь? 🙂

 

Клеть и плеть

Как-то в погожий летний денек Анжело позвал меня в BDSM-клуб. Ворку тоже позвал. Но «редактор» не шибко обрадовался, а вот я… Ну, хоть немного разнообразия, чорд побери!

К тому дню мы довольно плотно сотрудничали с клубом «Клеть и плеть». Я делал для них календарики, плакаты, сайт им сварганили. Сашка там постоянный посетитель — раз в неделю обязательно выбирался на встречи. Анжело все-таки «Мастер». Уважаемый человек!

Первую встречу в клубе я сидел в уголочке тихой крыской. Смущало, что все вокруг — натуралы, да еще в большинстве садисты… Страшненько было. Позже понял, что отношения в клубе абсолютно толерантные и моя ориентация никого не задевает. Мальчик, девочка… Какая в попу разница — главное, чтобы человек был хороший! Ха…

В целом, клубное действо мало походило на мрачный садистский закрытый клуб. Да, на сцене все время проходили экшены. Некоторые смотреть было страшновато — все эти связывания, порки в четыре руки, игры с иголками или спецножами по телу… Ой, блядь…

Но как-то все равно сильно не пугало. Потому пришел в клуб еще раз и еще… Здесь отдыхали реально хорошие люди. Адекватные взрослые человеки, что просто имеют общее странное увлечение. Дружить с ними одно удовольствие!

Хозяева клуба — семейная пара. Притом оба садиста. Она — Топ-лесби, а муж — просто садист-байкер. Совершенно чумовая пара лет сорока. Восхищаюсь этой семьей до сих пор…

Как они на пару ведут вечера! Как разруливают миллион вопросов — быстро, четко, жестко, с юморком и матерком… Оба затянуты в кожу и косухи, татуировки на всех видных частях тела. Сами красивые, готически-мрачные и… совершенно безбашенно-смешливые в кругу друзей.

Все население клуба — такое же сборище фриков, как и на портале ГейРу, но здесь поспокойнее и разумнее, что ли. А может, просто мне эти люди более симпатичны.

Чем больше появлялся в клубе, тем сильнее меня накрывало ощущение, что все это уже видел. Потом дошло — толкиенутые! Вот блин! Полное ощущение, что попал на ролевую игру. Не минутную, а растянутую на месяцы и годы. У них даже «Совет Мастеров» есть!

Время от времени бэдээсэмеры выбирались на природу, на шашлыки. Пели караоке и просто болтали ни о чем под пиво! Только вот с баблом у ребят намного лучше, чем у ролевиков — компания выезжала на нескольких дорогущих внедорожниках.

В клубе четкое деление — кто садо, а кто мазо. Хотя были и свитчи — им нравится быть в обоих ипостасях… Типа: «Кто у нас сегодня садо, идемте в ту комнату!» Меня называли «ванилью» (это человек вне Темы), и это всех устраивало. Я тоже отыгрывал свою роль: «приблудившийся хороший голубой парень». %)

Несколько раз девушки-мазо предлагали мне завести бытового парня-раба. Круглосуточный слуга, немного секса… Как-то я не готов к таким мальчикам. Ну их! Отбивался шутками… Хотя до сих пор любопытно — как бы это получилось?

Они же, девочки, мечтали нарядить меня в женское (не знаю, где бы я нашел туфельки 46 размера на шпильке) для конферанса их капустников…

Да-да, там время от времени проводили капустники. Участники клуба выступали с юмористическими садистскими номерами. Это бывало довольно забавно! Реально с реквизитом, в костюмах… Подбирали музыку, учили тексты… Смешно! Особенно, если вспомнить что за клуб!

Больше всего мне запомнился бородатый мужик в костюме викинга — кожа, шкура, ремни, рогатый шлем. Он на цепочках подтягивал к потолку тощую девушку и потом радостно что-то пел, прыгая вокруг нее и размахивая огромной секирой.

Так же ухохотала до слез Красная Шапочка — крупная женщина лет под тридцать пять, затянутая в красный латекс. Она радостно вытанцовывала по условной полянке, рвала цветочки. А на руке у нее висела здоровенная корзина с толстыми цветными херами полуметровой длины. Эти фаллоимитаторы весело кивали круглыми головками в такт танцевальным па Красной Шапочки.

 

*  *  *

Некоторые личности, что выдавали себя за садистов, вызывали лишь умиление. Мальчик, ну какой ты садист, зая? Иди на Playstation поиграй… Вот он пыжится весь из себя на сцене, что-то вяжет по полуобнаженной девушке, обматывает ее, бедную, веревками. Уставший, взмокший… Двадцать-то ему есть, а? Ну, не меньше восемнадцати — тут за этим следят строго.

А Анжело у меня за спиной тихо хихикает. Для него это все «детский сад, вторая группа». Понимаю…

На сцену я смотрел редко — чаще общался с приятелями и друзьями в клубе. Забьемся в какой-нибудь чиллаут-угол. Топы все разваливаются на мягких креслах. Нижние на полу, у ног. Болтаем, пьем.  Уютно и тепло.

 

Княжна

Удивительно, но я неожиданно подружился с упомянутой выше Красной Шапочкой. Княжна — человек яркий, веселый. В ее компании все время хотелось хохотать. Крепкая высокая дама, она просто заражала окружающих своей энергией. Возможно, и не получилось бы часто общаться, но…

Вышло так, что мне срочно нужно было искать новую жилплощадь, и Княжна предложила снять квартиру на пару с её нижним. Пообещала, что никаких проблем сосед не доставит, а если что — могу смело жаловаться ей.

Вот так получилось, что несколько следующих лет я жил на квартире вместе с ее другом —огромным ворчливым длинноволосым парнем-нижним. Тот работал программистом (везет мне на них) и был ярым поклонником Линукса. Знающие меня поймут, что это за чудо. %)

Сама Княжна залетала в нашу квартиру яркой птицей раз в неделю, готовила на всех что-нибудь вкусное. Мы потом долго сидели на кухне в дыму сигарет и весело трепались.

Ночью же она подхватывала под руки своего нижнего и меня, да везла всех на своей здоровенной машине в круглосуточный гипермаркет «Metro», где мы тягали за ней огромные тележки со снедью.

Я на полную катушку включал манерного пидараса, чаще специально раздражая её нижнего. Княжна хохотала надо мной, а ее друг ворчал за спиной, что я веду себя по-блядски. Дескать, ему стыдно перед людями!

Какие тут люди? Практически пустой магазин.

Часто в «Metro» зависали на всю ночь, носясь по пустым залам гигантского торгового склада, с воплями и смехом, пикируясь и подкалывая друг друга. Я кривлялся и дурачился от души, нижний плевался за моей спиной, но было видно, что все происходящее нравится и ему.

Сейчас, когда вспоминаю те выезды, не могу удержаться от улыбки. Скучаю я по Княжне. Да и по ее нижнему, хоть он и болтливая зараза…

*  *  *

Да! Не получается у меня тихо-мирно зарабатывать деньги. Не всегда лежит к этому душа — воспитание-то советское… Потому решил еще запустить и литературный конкурс для геев…

 

Босиком по радуге

Вспомнил как-то о море литературных онлайн-конкурсов и решил сотворить что-то подобное для ГЛБТ-комьюнити. Почему нет?

Продумал конкурс, накропал маленький сайтик, развесил везде, где мог, объявки. Попросил знакомых авторов, известных в гей-литературе, задать тему конкурса.

Пришло работ 10-15 от разных людей. Был рад! Откликнулись! С удовольствием читал первые присланные на конкурс рассказы.

Потом недоумевал…

В итоге расстроился…

Нет, не уровнем, а… тема у всех была — убийства, проституция, избиения. Уровень сюжетов колебался от эмо-историй, типа «все рыдают на могиле», до жестокого маньячного убийства из-за любви. Это было… грязно.

Такое ощущение, что вся реальность ГЛБТ-писателей — это жуткое, паскудное место с наркотой, кладбищами, СПИДом и самоубийцами. Черт!

Были сильные работы. Чаще их писали девушки-лесби. Они и побеждали на конкурсе раз за разом.

Вообще-то, лесби-творчество на уровень жёстче и глубже, чем всё, что пишут голубые мальчики. Не знаю почему!  Когда я, с паузой в пару-тройку месяцев, провел шесть конкурсов, то пришёл к однозначному выводу: творческая сила за лесби. Они ярче, круче и талантливее во многих вещах.

Для одного из конкурсов пригласил в жюри редактора портала ГейРу Владимира Кирсанова. Мужик мрачный и занудный, но при этом он — безусловно умный и интеллигентный критик. Даже не думал, что отзовется на моё предложение. Кирсанов согласился помочь с конкурсом. Ва-ах!

Конкурс прошел уже по привычной схеме — десять-двадцать работ, срач во время обсуждения топ-листа. Подведение итогов и масса обиженных писем: «Как вы могли не пропустить мою работу в топ-лист! Я старый больной трансвестит!» Жаль, но дядя/тетя реально писал плохо. Да и не я выбирал победителя — это было голосование самих участников.

*  *  *

Неожиданно Кирсанов сообщил, что взял несколько моих работ-зарисовок для публикации в сборнике гей-писателей России. Это чиво? Такая благодарность за то, что я его в жюри звал? Чиста российский прикол — баш на баш? Но приятно, «шорт фосьми»!

Владимир пригласил в редакцию и подсунул авторский договор на подпись. Я читал бумаги и улыбался. Не, они тут реально думают, что «Тиль Тобольский» моё паспортное имя? Ха! Так и думали, оказывается. Писец в косынке…

Через пару месяцев из печати вышел маленький сборник рассказов. Помимо моих работ, там еще была масса отличных новелл. Эх, жаль, что такие авторы не пишут на мой конкурс… Почитал аннотации об участниках сборника… Эм…

«Умер от СПИДа в Нью-Йорке… Умер в Англии… Умер в Амстердаме… Умер от СПИДа в Москве…»

Ой, вот и про меня! «Бла-бла-бла… Живет в Москве». Как-то это звучало угрожающе… Так и слышалось «ПОКА живет в Москве». Из всего списка авторов в живых ЕЩЕ остались только трое-четверо. Мракота какая-то…

 

Они уходят

Я, как и все мои друзья, уже нахожусь в критическом возрасте, когда смерть начинает поглядывать в нашу сторону. Тихо и незаметно она забирает близких, одноклассников, родных… Но раньше уходят родители…

В ноябре 2008-го после тяжелейшего инсульта ушла мама Сашки-Анжело. Не буду долго об этом говорить, так как уход родного человека… уход мамы — это… cтрашно…

Сашка словно оцепенел и чисто на автомате занимался всеми неприятными, но необходимыми для похорон вещами. Мы поддерживали его, Ворка помогал в беготне и суете по всяким госконторам.

В те дни я часто звонил своей маме —чуть ли не каждый день хотелось проверять, всё ли у нее нормально, как со здоровьем… Мама же была счастлива, что я не забываю, беспокоюсь…

*  *  *

Так тихо и холодно пришел в Москву 2009-ый год. Год довольно тяжелый для меня и моих друзей. Год мрачный и пакостный.

Год, когда я понял, что пришло и моё время умереть.

 

Южный Урал, март 2013

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

2 + два =